Nemuru

И оно там есть.
То есть накрыло ещё на пути в Хиросиму: электричка балансировала на обрывистом склоне, уходящем в крошечную долину меж зеленющих гор, окна осыпала солнечными зайчиками протекающая в долине река. Солнце стояло где-то позади и немного слева, так что предметы виделись на предельной яркости, но свет не слепил глаза. Радость от ощущение присутствия здесь и сейчас словно вода заполнила тело, приняла его форму; простое шевеление пальцами отдавалась в голове приятной зыбью.

Автобус местного назначения у станции нашёлся почти сразу, и в нём практически никого не было. Пара-тройка пожилых людей, не спешащих по своим пожилым делам, да водитель с севшим голосом исцарапанной граммофонной пластинки. Полчаса всё более и более деревенских видов за окнами и пора выходить. До парка, где находится инсектариум, ещё порядочно, но автобусы туда не ходят.

Забираюсь на гору, где должен быть парк. Где-то на полпути натыкаюсь на очень аккуратно организованную свалку. Напротив свалки две легковые машины с зелёно-бурым налётом, забитые по самую крышу мусором. На обочине - чёрный ботинок с белыми полосками.

Замечаю шикарную гусеницу на дереве, подхожу поближе. Пара диких оленей, до этого момента изображавших гиперреалистичные изваяния, устремляется в лес, сверкая белыми пятнами между ветвей.

Наконец-то парк. Ворот для пешеходов не предусмотрено, пролажу под шлагбаумом с табличкой “грузовые машины”. Мимо парковки, через поляну, к спуску с деревянными ступенями. У верхней ступени тушка крота, первооткрытая красным муравьём. Переворачиваю тушку с помощью веточки, отмечаю лапы-лопаты и удлинённый нос.

Спуск приводит к мосту с перекладинами в виде брёвен, с неплохим расстоянием между оными. Разумеется, по обеим сторонам верёвочные перила, и под мостом натянута страховочная сеть, но наслаждаться бездной это не особо мешает.

Плитки с изображением стрекозы и божьей коровки, статуя жука-носорога и металлические бабочки, застывшие у надписи 昆虫館 подсказывают, что инсектариум неподалёку. Автомат заглатывает купюру с автором произведения “Я - кот”, выплёвывает монетки и, после недовольного бурчания, входной билет. Следую вовнутрь.

Попадаю в зал с десятком низких столов, на каждом по три прозрачных сосуда с растениями и перфорированной крышкой. На растениях - гусеницы, где-то одна-две, а где-то сплошным слоем. У сосудов карточки с информацией и фотографиями будущих бабочек. Ну, не все гусеницы - гусеницы, есть например личинки жука-носорога. Не слишком ядовитые экземпляры можно подержать на ладони, прикидываясь теплокровным растением.

Из гусеничного царства выходит коридор, полный насекомых самых чудесатых форматов (особенно впечатлили богомолы, всё до единого облюбовавшие потолки своих террариумов, эдакие люстры Гигера). Если верить сайту, всего представлено более 50 видов, местных и не только. Коридор внезапно темнеет, и террариумы с ночными обитателями заполняет красноватый сумрак. Нажатием кнопки можно ненадолго высветить, к примеру, сотни мельтешащих конечностей глянцевитой гигантской многоножки.

Из полумрака коридора попадаю в заполненный солнечным светом павильон, где воздух дрожит от взмахов сотен красочных крыльев. В глаза по крайней мере дрожит совершенно наверняка. Взрослые посетители двигаются медленно, стараясь не тревожить обтекающую их реку порхающих насекомых. Дети стараются этих насекомых сцапать, но, к счастью, у них не особо получается.

Покидаю павильон и инсектариум; следуя указателям вдоль тропинок, обхожу кусок парка. Игровые площадки, изрытый пещерами каменный холм, нехитрая деревянная сцена, где выступает а капелла хор. Все посетители - в составе семей, или по крайней мере пожилые супруги в составе друг дружки.

Напоследок решаю забраться на смотровую площадку с помощью олдового монорельса, словно вышедшего из фильмов про Индиану Джонса. Монорельсом заправляют двое джентльменов почтенного возраста, скорее всего волонтёры. Тот, что остаётся внизу, не перестаёт говорить; он принёс деревянные блоки на радость ожидающим своей очереди малышам. Один малыш умудряется сложить башню используя все блоки - минута триумфа, но его мама как раз куда-то отлучилась, а папы (сегодня?) нет.

Смотровая площадка выстроена из скрипучего серого дерева, и если положить руки на перила, то ясно ощущаются вибрации от ветра, словно площадка вот-вот отчалит куда-то за облака. Под ногами - долина с крошечной автобусной остановкой, зажатая между несколькими горам. Справа вдалеке - синь моря, исполосованного стальными небоскрёбами города.

С площадки вниз ведёт безлюдная тропа, где на солнце греются ящерицы. Проникнувшись их беззаботным обычаем, укладываюсь на плоский камень, выступающий несколько над обрывом. Получается прямо как в горах возле Малых Арбатов. Удивительно, как такое количество времени и телодвижений приводят в итоге в то же самое место.

Выходя из ворот парка, встречаю подымающегося пешком дедушку - ощущение уникальности своего пути рассыпается в прах. Дедушка улыбается и делится мнением, что сегодня жарковато. Уже почти у самой автобусной остановки взгляд забредает в канаву, где микроволны разбиваются о чёрный ботинок с белыми полосками.